Цель. Сравнить непосредственную и отдаленную эффективность кардиоверсии у больных с персистирующей формой фибрилляции предсердий (ФП) на фоне активного миокардита и в его отсутствие.

Материал и методы исследования. В исследование включено 80 пациентов с персистирующей ФП (58,39±14,3 лет, 56,2% мужчин) на фоне миокардита (основная группа, n=40) и невоспалительных заболеваний (ишемической болезни сердца (ИБС), гипертонии; группа сравнения, n=40). Диагноз миокардита поставлен на основании эндомиокардиальной биопсии / магнитно-резонансной томографии (МРТ) сердца, повышения титра антикардиальных антител в сочетании с ≥3 баллами по алгоритму неинвазивной диагностики миокардита. Проводилась базисная терапия миокардита. После стандартной подготовки с насыщением амиодароном в течение 10-12 дней выполнялась электроимпульсная терапия (ЭИТ). Оценивались ее эффективность, потребность в радиочастотной аблации (РЧА), частота развития устойчивых форм ФП, неблагоприятных исходов. Различия считались достоверными при р<0,05.

Результаты. Пациентов основной группы отличали большая доля мужчин (80,0 vs 32,5%), меньший возраст (49,1±12,0 vs 67,7±9,5 лет), меньшая фракция выброса (ФВ) (37% [30;41] vs 56% [52;59]) и больший конечнодиастолический объем левого желудочка (ЛЖ) (152 мл [119;184] vs 89 мл [76;106]), р<0,001. Длительность анамнеза ФП и размеры левого предсердия не отличались. Только у пациентов основной группы в процессе насыщения амиодароном в 17,5% случаев отмечено спонтанное восстановление синусового ритма (СР). ЭИТ была эффективна с первой попытки у всех больных группы сравнения и у 57,5% больных с миокардитом, еще у 15% СР восстановлен повторной ЭИТ (р<0,001). Обратимые рецидивы, купированные инфузией амиодарона, отмечены у 20% больных с миокардитом и у 5% больных группы сравнения (р=0,012). К концу недели наблюдения необратимые рецидивы отмечены у двух больных каждой группы. ФВ более заметно возросла в группе миокардита (до 42% [33;49], p<0,001). Через 6 месяцев после ЭИТ СР сохранился у 50% больных с миокардитом и у 66,5% больных группы сравнения (р=0,530). Решение об отказе от контроля ритма принято у 15% больных с миокардитом и 5% пациентов группы сравнения (р=0,547), РЧА выполнена 10% и 5% больных соответственно (р=0,509). У 12,5% больных (n=5) с миокардитом зарегистрирован летальный исход. Тромбоэмболических осложнений и случаев трансплантации сердца не было ни в одной из групп.

Заключение. ФП на фоне миокардита чаще возникает у трудоспособных лиц, утяжеляет систолическую дисфункцию ЛЖ. Непосредственная и отдаленная эффективность ЭИТ недостоверно ниже у больных с миокардитом, однако успешное восстановление и сохранение СР приводит у них к более значимому нарастанию ФВ, что делает стратегию контроля ритма оправданной; планируется поиск предикторов удержания СР.

Цель. Оценить связь механической диссинхронии (показателей работы миокарда), с проявлениями сердечной дисфункции у пациентов с постоянной электростимуляцией правого желудочка (ЭСПЖ).

Материал и методы исследования. В исследование включено 55 пациентов (25 мужчин, средний возраст 63±12 лет) с имплантированными постоянными электрокардиостимуляторами (ПЭКС) и морфологией стимулированных QRS комплексов по типу блокады левой ножки пучка Гиса, а также 20 здоровых добровольцев (15 мужчин, средний возраст 32,4±7,4 лет). Обследование пациентов, включенных в исследование, проводилось дважды: исходно до имплантации ПЭКС и повторно, на момент включения в исследование. Проводилось стандартное эхокардиографическое исследование с дополнительной оценкой степени глобального продольного стрейна (GLS) и параметров работы миокарда - глобальной конструктивной работы миокарда (GCW), глобальной утраченной работы миокарда (GWW), индекса глобальной работы (GWI) и эффективности глобальной работы (GWE) до и после имплантации ПЭКС. У всех пациентов определялись сегменты с максимальной и минимальной GWI. Параметры работы миокарда проанализированы у больных с различной локализацией стимулирующей головки электрода ПЭКС, а также проведено сравнение с показателями работы миокарда 20 здоровых добровольцев.

Результаты. У 18,2% пациентов на фоне ЭСПЖ было зарегистрировано снижение фракции выброса левого желудочка (ФВ ЛЖ) от нормальных значений до 55 (53,5; 55,8)%, у 5 (50%) из них были зарегистрированы признаки хронической сердечной недостаточности II-III функционального класса. Нарастание степени трикуспидальной регургитации (ТР) обнаружено у 29,9% больных. У пациентов на фоне длительной ЭСПЖ показатели GLS, GWI, GCW и GWE были статистически значимо ниже, чем в группе здоровых добровольцев, а показатель GWW оказался выше референсных значений группы контроля. Пациенты с верхушечносептальной локализацией головки стимулирующего электрода имеют статистически меньшие значения GWI и GCW, чем больные с более «базальным» расположением электрода в средней трети межжелудочковой перегородки (1042,23±308,85 против 1430±514 mmHg%, р=0,049 и 1457 (1256; 1766) против 2089 (1831; 2186) mmHg%, p=0,04).

Заключение. Локализация головки стимулирующего электрода не оказывает влияние на развитие негативной динамики ФВ ЛЖ и ТР, однако оказывает существенное влияние на показатели работы миокарда. У больных с верхушечно-септальной локализацией электрода отмечены наихудшие значения конструктивной работы миокарда, а у больных с локализацией головки стимулирующего электрода в область выходного тракта правого желудочка отмечены лучшие показатели конструктивной работы миокарда.

Цель. Постоянная форма фибрилляции предсердий (ФП) требует контроля частоты сердечных сокращений (ЧСС), однако оптимальный уровень ЧСС остаётся предметом дискуссий. Гемодинамические параметры, такие как среднее гемодинамическое артериальное давление (СГАД) и доля недостаточно гемодинамически эффективных сердечных сокращений (НГЭСС), определенные по пульсовому артериальному давлению (ПАД), могут дать представление о гемодинамических особенностях ФП при разной ЧСС и фракции выброса левого желудочка (ФВ ЛЖ).

Материал и методы исследования. В исследование включены 135 пациентов с постоянной ФП (37- 90 лет, класс симптомности согласно модифицированной шкале mEHRA 1-2A). У каждого пациента методом «разгруженной артерии» определялось систолическое артериальное давление (АД), диастолическое АД и ПАД на каждом ударе сердца в течение 15 минут с использованием системы «Кардиотехника-САКР» (НАО «Инкарт», Санкт-Петербург). Также на каждом сердечном цикле были определены показатели СГАД и его вариабельности в виде двух независимых характеристик - Average Real Variability (ARV) и Root Mean Square of Successive Differences (RMSSD) (средняя реальная вариабельность и квадратичный корень из среднего квадрата последовательных разностей).

Результаты. Процент НГЭСС, определенных для каждого пациента как отклонения от среднего ПАД, принятого за 1 («заметные»110 уд/мин), но не 90-110 уд/мин., был выше у пациентов со сниженной ФВ ЛЖ (110 уд/мин СГАД у группы сниженной ФВ ЛЖ составило 80,4±12,3 мм рт.ст. в сравнении с 94,1±14,1 мм рт.ст. у группы с сохраненной ФВ ЛЖ (p 0,05).

Заключение. Контроль ЧСС при постоянной ФП должен быть индивидуализированным, гемодинамически ориентированным и учитывать ФВ ЛЖ. Beat-to-beat-мониторинг позволяет выявить оптимальную ЧСС, минимизирующую НГЭСС и вариабельность СГАД с поддержанием его в пределах принятых референтных значений, особенно у пациентов с ослабленной сократительной функцией миокарда.

Цель. Произвести стратификацию риска рецидива синкопальных состояний (СС) и риска внезапной сердечной смерти (ВСС) (внезапной остановки сердца (ВОС)) у молодых пациентов с кардиогенными обмороками без структурной патологии сердца с использованием шкалы Evaluation of Guidelines in Syncope Study (EGSYS score). Выполнить ретроспективный анализ персонифицированного риска ВСС, а также чувствительности шкалы EGSYS для пациентов с различной нозологией.

Материал и методы исследования. В исследование включено 63 пациента в возрасте от 18 до 44 лет, средний возраст исследуемых составил 25,98±6,69 лет. Пациенты были разделены на 5 групп: первая (12 человек, средний возраст 21,84±4,37 лет) - пациенты с каналопатиями, вторая (16 человек, средний возраст 25,84±6,56 лет) - пациенты с дисфункцией синусового узла, третья (15 пациентов, средний возраст 26,71±7,13 лет) - пациенты с атриовентрикулярной блокадой, четвертая (15 человек, средний возраст 25,74±7,79 лет) - пациенты с пароксизмальной мономорфной и полиморфной желудочковой тахикардией, пятая (5 человек, средний возраст 25,64±3,05 лет) - пациенты с СС на фоне синдрома Вольфа-Паркинсона-Уайта (WPW). Производилась оценка частоты рецидива СС и эпизодов ВСС за двухлетний период с момента первого СС. Для стратификации риска рецидива СС и ВСС использовалась шкала EGSYS score.

Результаты. У 23 пациентов, включенных в исследование (36,5%), балл по шкале EGSYS составлял более 5 (очень высокий) с риском ВСС за 2-х летний период 21%, риском рецидива СС 77%. При этом наибольший балл по шкале EGSYS соответствовал более высокой частоте кардиогенных обмороков и эпизодов ВСС. Наибольший балл по шкале EGSYS имели пациенты с каналопатиями (средний балл 5,84), что ассоциировалось с максимальной частотой обмороков и эпизодов ВСС с сердечно-легочной реанимацией за 2-х летний период (r=0,58 при p=0,01). Риск развития ВСС за 2-х летний период в группе пациентов с дисфункцией синусового узла (арестом синусового узла) не превышает средний популяционный (менее 2%), что ассоциируется с отсутствием эпизодов ВСС (ВОС) за 2-х летний период у пациентов в этой группе. Наибольшая чувствительность шкалы EGSYS наблюдалась у пациентов с желудочковой тахикардией: балл по шкале EGSYS и частота СС имели сильную корреляционную связь (r=0,73 при р=0,002), балл по шкале EGSYS с частотой эпизодов ВСС имел корреляционную связь средней силы (r=0,52 при р=0,02).

Заключение. Уже при дебютном СС существует возможность определения персонифицированного риска рецидива СС и ВСС с использованием шкалы EGSYS. По данным исследования область наивысшей чувствительности шкалы составили пациенты с желудочковой тахикардией (основной причины ВСС), что позволяет рассматривать данную шкалу как основу для построения прогностической модели для стратификации риска ВСС у молодых пациентов без структурной патологии сердца с кардиогенными обмороками.

Цель. Оценить эффективность и безопасность катетерного лечения типичного трепетания предсердий (ТП) с использованием исключительно внутрисердечной эхокардиографии (ВС-ЭхоКГ) в сравнении с флюороскопическим методом.

Материал и методы исследования. В исследование было включено 176 пациентов с типичным ТП (по 88 пациентов в каждой группе). Исследуемую группу составили пациенты, которым выполнялась радиочастотная аблация (РЧА) под контролем только ВС-ЭхоКГ (ZF - Zero Fluoro). В группу сравнения вошли больные, которым РЧА ТП проводилась с применением минимального времени флюороскопии и ВС-ЭхоКГ (MF - Minimal Fluoro). Продолжительность наблюдения составила 12 месяцев.

Результаты. Интраоперационный успех был достигнут в 100% случаев в обеих группах. Отсутствие рецидива ТП в течение периода наблюдения оказалось сопоставимо (94,2% против 96,5%, р=0,4703). Не было зафиксировано острых и отсроченных осложнений. Во всех случаях в ВС-ЭхоКГ-группе операция была проведена без использования флюороскопии (р<0,001). Такие интраоперационные параметры, как продолжительность операции и время радиочастотного воздействия (РЧ-воздействия), статистически не отличались (69,4 мин. против 63,9 мин, р=0,1030; 9,1 мин. против 8,3 мин, р=0,1606, соответственно) в MF- и ZF-группах.

Заключение. Катетерная РЧА типичного ТП под контролем ВС-ЭхоКГ выполнима без использования флюороскопии при сопоставимых показателях эффективности и безопасности.

Цель. Изучение частоты значимого снижения температуры в пищеводе при стандартной и «расширенной» процедуре криобаллонной аблации (КБА) у больных с пароксизмальной и персистирующей фибрилляцией предсердий (ФП).

Материал и методы исследования. В исследование включено 160 пациентов (медиана возраста 66 [57;70] лет, 90 [56,3%] мужского пола), с симптомной пароксизмальной и персистирующей формой ФП. 139 (80,0%) пациентам с пароксизмальной ФП выполнена КБА легочных вен (ЛВ), 21 (20,0%) пациенту с персистирующей ФП - «расширенная» КБА ЛВ в сочетании с криоаблацией задней стенки левого предсердия. На всех этапах воздействий КБА проводилась оценка температуры в пищеводе с помощью мультиканальной системы мониторирования температуры пищевода (МТП) «Astrocard Esosafety» (Astrocard, АО «Медитек»). Критерием остановки КБА считалось снижение температуры менее 20 °С.

Результаты. У всех 160 пациентов при КБА достигнута электрическая изоляция ЛВ. В группе стандартной КБА ЛВ (n=139) температура <20 °C при МТП определялась у 22 (16%) пациентов, со средним значением 17,23±1,74 °С. У 13 из 22 (59%) пациентов температура <20 °C при МТП регистрировалась при КБА левой нижней ЛВ. В группе «расширенной» КБА (n=21) температура < 20 °C при МТП определялась у 18 (86%) пациентов, со средним значением 17,1±0,6 °С. При оценке флюороскопических вариантов расположения датчика МТП в пищеводе относительно ЛВ, у 105 (76%) больных определялся пищевод «центральной локализации», у 21 (15%) больных - «левой локализации», у 13 (9%) пациентов - «правой локализации». При «левостороннем» расположении пищевода снижение температуры <20 °С отмечалось достоверно чаще, чем при «центральном» варианте (81% против 5,7%, p<0,05 по данным точного теста Фишера). Серьезных осложнений в период наблюдения после КБА не выявлено.

Заключение. Мониторинг температуры с помощью системы «Astrocard Esosafety» позволяет оценить динамику изменений температуры в пищеводе при стандартной и «расширенной» КБА ЛВ, предоставляя важную информацию для выбора стратегии и параметров аблации, потенциально снижающих риск термических повреждений пищевода.

Цель. Оценить влияние перехода с правожелудочковой стимуляции (ПЖС) на стимуляцию области левой ножки пучка Гиса (СОЛНПГ) на клинико-функциональное состояние у пациентов с полной атриовентрикулярной блокадой (АВБ) в остром периоде.

Материал и методы исследования. В исследование включено 30 пациентов с полной АВБ и ранее имплантированным электрокардиостимулятором (ЭКС). Всем выполнена плановая замена ЭКС с изменением позиции желудочкового электрода с апикальной на СОЛНПГ. До операции и на 5-й день после проводилось клиникоинструментальное обследование, включавшее электрокардиографию (ЭКГ), эхокардиографию (ЭхоКГ), тест с 6-минутной ходьбой (ТШХ) и определение качества жизни по опроснику EQ-5D.

Результаты. После перехода на СОЛНПГ уменьшилась продолжительность комплекса QRS (с 158,5±25,5 до 111,2±13,8 мс, p<0,05), снизились показатели межжелудочковой и внутрижелудочковой диссинхронии (interventricular mechanical delay (IVMD) и time to peak systolic velocity (Ts TDI)), уменьшилась степень митральной регургитации. Пройденное расстояние в рамках теста с 6-минутной ходьбой увеличилось с 368,7±87,06 до 466,15±127,2 м (p<0,05), пациенты отметили улучшение качества жизни согласно опроснику EQ-5D (шкала здоровья увеличилась с 61,2±13,2 % до 71,8 ±14,9 %, p<0,05).

Заключение. Конверсия с ПЖС на СОЛНПГ приводит к улучшению электрической и механической синхронности работы сердца, что ассоциируется с повышением толерантности к нагрузке и улучшением качества жизни пациентов. СОЛНПГ демонстрирует потенциал как более физиологичная и эффективная альтернатива традиционной апикальной стимуляции.

Представлены три случая регистрации редкого электрокардиографического (ЭКГ) феномена - альтернации комплекса QRS (АQRS). АQRS выявлена у двух девочек 6 и 16 лет с третьим вариантом синдрома удлиненного интервала QT (LQT3) и у бессимптомной пациентки 13 лет с отягощенным семейным анамнезом по случаям внезапной смерти в молодом возрасте. АQRS регистрировалась в сочетании с макроскопической альтернацией зубца Т при холтеровском мониторировании и велоэргометрии. Дано определение АQRS и обсуждаются возможные механизмы и клиническое значение выявленного ЭКГ феномена.

Представлен клинический случай пациента с рецидивирующей рефрактерной желудочковой тахикардией (ЖТ) на фоне постинфарктного кардиосклероза. Несмотря на проведение оптимальной медикаментозной терапии и нескольких процедур катетерной аблации с использованием современных навигационных технологий, сохранялись эпизоды ЖТ. Ключевым фактором неэффективности эндокардиального подхода оказалось интрамуральное расположение аритмогенных зон. В связи с этим было принято решение о выполнении хирургического вмешательства с криоаблацией рубцовых тканей. После операции достигнута стойкая ремиссия, что подтверждено данными регулярных проверок имплантируемого кардиовертера-дефибриллятора. Представленный случай подчёркивает значение индивидуализированного и мультидисциплинарного подхода при выборе тактики лечения пациентов с рефрактерной ЖТ

Представлен фрагмент холтеровского мониторирования электрокардиограммы с псевдоатриовентрикулярной блокадой II степени 2 типа, диагностированной из-за наличия не проведенной синусовой волны Р после желудочкового эктопического комплекса.

13-14 марта 2026 года Нижний Новгород, Театральная площадь, д. 1